Lululemon пересматривает цели по использованию «предпочтительных» материалов и возобновляемой энергии у поставщиков

Когда Lululemon несколько лет назад объявил амбициозный курс на обновление своей сырьевой базы и глубокое сокращение выбросов, внутри индустрии это рассматривалось как очередной сигнал: крупные бренды больше не могут откладывать системные изменения. Однако к 2025 году стало очевидно, что путь к этим целям будет заметно сложнее, чем предполагалось.

В ноябре компания сообщила о пересмотре ряда ключевых планов — как в части материалов, так и в вопросах энергообеспечения поставщиков. Решение затрагивает стратегию, которая должна определять экологический профиль всех товаров бренда к 2030 году. И хотя изменения выглядят как «шаг назад», руководство компании утверждает, что в долгосрочной перспективе это позволит создать более реалистичный и рабочий фундамент для последующих десятилетий.

Смещение акцентов: как и почему Lululemon переписывает цели

Главное изменение касается программы по расширению доли так называемых «preferred materials» — материалов, производство которых влечёт меньший углеродный след и меньшую нагрузку на окружающую среду. Речь идёт о переработанном полиэстере, био- и химически переработанном нейлоне, а также о материалах на биологической основе.

Первоначальная цель предполагала, что к 2030 году 100% продукции будет содержать минимум 25% таких материалов по весу. Теперь план сокращён до 90%.

Ноэл Киндер, старший вице-президент Lululemon по устойчивому развитию, объяснил корректировку просто: интеграция новых материалов в массовое производство требует гораздо более сложной логистики и глубокой перестройки процессов, чем казалось ещё несколько лет назад.

«Встроить устойчивость в ритм продуктового цикла непросто. Это огромная системная работа, где один недоступный материал может остановить проект целиком», — отметил он.

При всех сложностях компания сохраняет общий стратегический вектор — снижение углеродной интенсивности на единицу валовой прибыли на 60% к 2030 году. Однако путь к этой цели становится менее прямолинейным, чем планировалось.

Энергия цепочки поставок: давление растёт

Одновременно Lululemon усиливает требования к поставщикам по части перехода на возобновляемую энергию. Новая цель — к 2030 году 50% потребляемой энергии на производствах поставщиков уровней 1 и 2 должно поступать из возобновляемых источников.

Это касается фабрик во Вьетнаме, Китае, Тайване, Бангладеш, Камбодже, Индонезии и Южной Корее — регионов, где доля угольной генерации традиционно высока, а условия для размещения ВИЭ-проектов сильно варьируются.

Ранее компания ставила планку ниже — 25% возобновляемой энергии от крупных партнёров. В 2024 году Lululemon достигла 15%, что дало основания повысить ожидания.

Однако параллельно растут и другие требования. К 2030 году компания добивается полного отказа ключевых партнёров от угольных котлов. На сегодня такой переход совершили 35% поставщиков. Учитывая масштаб производства в Азии, это один из самых трудоёмких аспектов обновления цепочки поставок.

Дефицит переработанного нейлона: узкое горлышко всей стратегии

Львиная доля корректировок связана с самым проблемным материалом в ассортименте Lululemon — нейлоном.

Используемый в леггинсах, топах и других продуктах, требующих эластичности и долговечности, нейлон занимает 30% от общего объёма материалов компании. В отличие от полиэстера, переработанный нейлон производится в куда меньших объёмах, а сырьё для него ограничено.

Первоначально Lululemon планировала полностью перейти на переработанный или возобновляемый нейлон к 2030 году. Сейчас эта цель снижена до 75%. Но даже эта отметка требует значительного расширения производства таких материалов на глобальном уровне.

Пока что лишь 11% используемого нейлона приходится на переработанные или био-источники. При этом на полиэстер компания перешла куда успешнее: в 2024 году доля переработанного полиэстера достигла 77%, что даже превысило цель на 2025 год.

Инвестиции в инновации: ставку делали не зря

Несмотря на сложную реальность сырьевого рынка, у Lululemon есть подвижки в другом направлении: инновации в материалах понемногу начинают приносить результаты.

Компания инвестирует в стартапы, которые работают над новыми способами переработки синтетики: химической, биологической и ферментативной. Среди партнёров — австралийская Samsara Eco, разрабатывающая ферменты нового поколения, способные разрушать полиэстер на исходные мономеры для дальнейшего восстановления.

В июне Lululemon подписала с Samsara Eco десятилетний контракт, обеспечив себе доступ к технологиям масштабируемой переработки. Для индустрии, где переработка синтетики исторически была узким местом, такие партнёрства могут стать переломным моментом.

«Когда я пришёл в компанию, меня приятно удивило, насколько серьёзно здесь подходят к инвестированию в исследования. Видно, что стратегия не ограничивается маркетингом», — говорит Киндер, который прежде был директором по устойчивому развитию Nike.

Где тормозит отрасль и почему это важно всем участникам рынка

На первый взгляд, шаг назад в материалах выглядит как ослабление амбиций. Но проблема глубже: индустрия текстиля в целом движется по узкому коридору между спросом и возможностями производства сырья.

Переработанных материалов попросту не хватает, а их цена остаётся слишком высокой. Химические проекты требуют огромных вложений и долгих циклов апробации. Возобновляемые нейлоны, например PA6 или PA66, существуют, но их выпуск остаётся нишевым.

Для бренда масштаба Lululemon любые сдвиги требуют изменений по всей цепочке — от химических заводов до ткацких производств. Поэтому компания старается одновременно действовать на двух уровнях: увеличивать собственный спрос и поддерживать разработчиков технологий, которые могут этот спрос удовлетворить.

Без ускоренного перехода поставщиков к возобновляемой энергии и отказа от угля Lululemon также не сможет выполнить общий климатический план. Материалы — лишь часть уравнения. Остальное — логистика и производство, где решения принимают уже другие компании.

Почему всё это идёт медленнее, чем хотелось бы

Киндер формулирует это просто: «Эта работа занимает больше времени, чем хотелось бы кому бы то ни было».

В реальности производство тканей связано с множеством локальных особенностей — от структуры энергосетей до регуляторных ограничений. То, что работает в одном регионе, не работает в другом.

Например, поставщики в Китае или Вьетнаме сталкиваются с дефицитом площадей для размещения солнечных станций. Партнёрам в Бангладеш сложно интегрировать химические процессы переработки из-за ограничений по обращениям с отходами. В ряде регионов затруднён доступ к экологически сертифицированной биомассе.

Все эти факторы заставили Lululemon отказаться от универсального подхода и перейти к модели, где цели остаются глобальными, но инструменты становятся локальными.

К чему приведёт корректировка и что будет дальше

Пересмотр целей не означает паузу в экологической стратегии компании — скорее, это попытка увязать амбиции и реальность так, чтобы к 2030 году стратегия была выполнимой, а не декларативной.

Что важно:

• давление на поставщиков в части энергетики будет только усиливаться;

• инвестиции в инновации продолжатся и, вероятно, вырастут;

• полиэстер останется наиболее «продвинутым» материалом в плане переработки;

• нейлон станет главным ориентиром для технологических прорывов.

Lululemon по-прежнему позиционирует себя как компания, стремящаяся к глубокому декарбонизационному переходу. Но теперь её план стал похож не на идеализированный чертёж, а на рабочую дорожную карту — со всеми сложностями, противоречиями и зависимостями реального производства.