Почему в Британии возникла «оленья проблема» — и как она обходится стране в миллионы

Бен Мартилл часто смотрит в окно своей квартиры и наблюдает за тем, что ещё недавно казалось бы совершенно немыслимым. Внизу, среди машин и уличных фонарей, бродят олени. Их не один и не два — иногда целые стада. И это не глухая сельская местность и не окраина национального парка, а оживлённая дорога в торговом городке Хоршем в Западном Суссексе.

По словам Бена, за последние несколько лет количество оленей в городе резко выросло. Они выходят на основные трассы, собираются по ночам на островках безопасности и спокойно переходят дороги с интенсивным движением. Для местных жителей это уже не экзотика, а новая повседневность — зачастую опасная и дорого обходящаяся.

Бен работает садовником и всё чаще сталкивается с последствиями этого «оленьего бума». Его клиенты жалуются на разрушенные заборы, обглоданную кору деревьев и испорченные растения. Сам он однажды едва не попал в серьёзную аварию, задев оленя на машине. Животное скрылось в кустах, но подобные столкновения нередко заканчиваются трагически — и не только для животных.

Такие сцены становятся всё более привычными по всей Великобритании. И за ними стоит проблема, которая уже давно перестала быть частной или локальной. Речь идёт о стремительном росте популяции оленей, наносящем ощутимый экономический, экологический и социальный ущерб стране.

Как Британия оказалась переполнена оленями

Точные цифры неизвестны, но, по оценкам Лесной комиссии и министерства окружающей среды Defra, в Великобритании сегодня может обитать до двух миллионов оленей. Для сравнения: в 1970-е годы их насчитывалось около 450 тысяч. Такой рост за относительно короткий исторический период считается беспрецедентным.

По словам Джонатана Спенсера, бывшего руководителя по вопросам планирования и экологии в Forestry England, особенно резкий скачок численности произошёл после пандемии Covid-19. В период локдаунов отстрел и контроль популяции резко сократились, а восстановить прежний уровень регулирования так и не удалось. В результате численность животных вышла из-под контроля.

При этом Британия оказалась для оленей почти идеальным местом обитания. Мягкий климат, обширные сельскохозяйственные угодья, отсутствие естественных хищников и крайне ограниченное охотничье давление создали условия, в которых популяции растут практически без сдерживающих факторов.

Цена проблемы: от аварий до разрушенных экосистем

Одним из самых очевидных последствий стало увеличение числа ДТП. По данным автомобильной ассоциации AA, на британских дорогах ежегодно гибнет или получает травмы до 74 тысяч оленей. Эти столкновения приводят к сотням человеческих травм и иногда — к смертельным исходам. Только в октябре этого года в Оксфордшире погиб 63-летний мотоциклист после столкновения с оленем.

Но дороги — лишь часть проблемы. Не меньший ущерб наносится сельскому хозяйству и лесному фонду. В Шотландии ущерб, наносимый оленями молодым деревьям в государственных лесах, оценивается в три миллиона фунтов стерлингов в год. И это лишь одна статья расходов.

Фермеры сталкиваются с потерями, которые могут исчисляться десятками и даже сотнями тысяч фунтов. Люси Манторп, владелица 400-акровой органической фермы в Саффолке, рассказывает, что ежегодно теряла более 10 тысяч фунтов из-за повреждений урожая на трёх полях. В итоге ей пришлось нанять сотрудника, основной задачей которого стал контроль численности оленей.

По оценкам Лесной комиссии, хозяйства с высокодоходными культурами могут терять до миллиона фунтов в год. В масштабах страны это означает колоссальные убытки, которые в конечном счёте ложатся на экономику в целом.

Удар по лесам и биоразнообразию

Экологические последствия ещё более тревожны. В районах с высокой плотностью оленей естественное возобновление лесов практически невозможно. Молодые побеги съедаются сразу после появления, и экосистема теряет способность к самовосстановлению.

Президент Королевского лесного общества Элисон Филд говорит, что давление со стороны оленей нарушило природный баланс ландшафтов. Там, где раньше формировались многоярусные леса, сегодня остаются разреженные участки с деградированной флорой.

Исследование Университета Восточной Англии, опубликованное ещё в 2013 году, пришло к выводу, что для предотвращения разрушения лесов и сокращения численности птиц необходимо ежегодно отстреливать около половины растущей популяции оленей. С тех пор ситуация лишь усугубилась.

Как всё началось: история роста популяции

Олени обитают в Британии тысячи лет, но лишь два вида — благородный и косуля — являются коренными. Остальные были завезены человеком. Лань появилась ещё при римлянах, а в нормандский период оленьи парки стали символом статуса знати. Владение таким парком считалось обязательным атрибутом аристократа.

В конце XIX века в страну были завезены ещё три азиатских вида: сика, китайский водяной олень и мунтжак. После Первой мировой войны многие поместья пришли в упадок, ограждения разрушились, и олени просто вышли за их пределы.

Процесс расселения был медленным, но к 1990-м годам отдельные популяции слились, заполнив практически всю страну. Дополнительным фактором стало сокращение числа людей, которые раньше охотились ради пропитания.

Ситуацию усложняет и правовой статус животных: олени в Британии считаются res nullius — «ничьими». Это означает, что ответственность за управление популяцией лежит на отдельных землевладельцах, а не на государстве в целом.

Что делать: от отстрела до волков

Идея о необходимости вмешательства сегодня признаётся практически всеми — от фермеров до правительства. Однако консенсуса по методам нет.

Некоторые организации, выступающие за права животных, предлагают нелетальные методы: контрацепцию или расширение системы ограждений. Однако специалисты по управлению дикой природой указывают, что такие подходы трудно реализовать в масштабах всей страны. Контрацепция требует близкого контакта с животными, а заборы дороги, требуют постоянного обслуживания и мешают другим видам.

Более радикальная идея — возвращение хищников. В рамках проектов ревайлдинга в Шотландии обсуждается возможность реинтродукции рыси, а иногда даже волков. Примеры из континентальной Европы и США, где возвращение волков привело к восстановлению лесов, часто приводятся как аргумент «за».

Однако противники считают такие меры опасными для фермеров и сельских сообществ. Представители Countryside Alliance предупреждают, что волки принесут серьёзные проблемы для животноводства, а влияние рыси будет слишком ограниченным, чтобы заменить системный отстрел.

Даже сторонники ревайлдинга признают: хищники не являются панацеей.

Олени как ресурс — и моральная дилемма

Если отстрел неизбежен, возникает вопрос: что делать с тушами? Многие эксперты сходятся во мнении, что увеличение потребления оленины — логичное решение. С точки зрения экологии это один из самых устойчивых видов мяса: оно содержит меньше насыщенных жиров, богато питательными веществами и имеет меньший углеродный след по сравнению с говядиной.

При этом около 70% оленей в Британии отстреливаются не профессионалами, а частными лицами с лицензией. Однако общественное отношение к употреблению дичи остаётся неоднозначным.

Организация Peta, например, считает саму идею убийства животных неприемлемой и призывает искать исключительно гуманные способы контроля численности.

Когда «решает» природа

Проблему усугубляет фрагментарность подходов. Если один землевладелец активно регулирует популяцию, а сосед — нет, эффект быстро нивелируется. Олени легко перемещаются между территориями, преодолевая заборы и границы.

Особенно остро это ощущается в Шотландии, где сосредоточены крупнейшие оленьи стада и одновременно реализуются масштабные проекты по восстановлению природы. Здесь уже рассматриваются новые законы, расширяющие полномочия государства в вопросах управления популяцией.

Но, как показывает пример фермы Люси Манторп, активные меры дают результат. После сокращения численности оленей на её земле вернулись редкие растения, увеличилось количество насекомых и гнездящихся птиц, а экосистема начала восстанавливаться.

«Теперь не олени решают, что здесь будет, — говорит она. — Решает природа».