Ключевой доклад Организации Объединённых Наций о состоянии глобальной окружающей среды, над которым учёные работали шесть лет, вышел в свет в урезанном и, по мнению авторов, ослабленном виде. По словам одного из его руководителей, процесс утверждения документа был фактически «захвачен» Соединёнными Штатами и рядом других стран, не готовых согласиться с научными выводами, прежде всего в части отказа от ископаемого топлива. Речь идёт о Global Environment Outlook — одном из самых авторитетных и масштабных научных обзоров, оценивающих угрозы для планеты. Доклад связывает климатический кризис, утрату биоразнообразия и загрязнение окружающей среды с моделью потребления, характерной для богатых и развивающихся экономик. Он предупреждает о «мрачном будущем» для миллионов людей, если мир не откажется от угля, нефти и газа и не сократит субсидии, поддерживающие эти отрасли. Однако именно эти выводы и стали камнем преткновения.

Монтеррей давно любят называть «мотором Мексики». Этот город у подножия Сьерра-Мадре производит всё — от тракторов и автозапчастей до бутылок, стекла и печенья, которые потом оказываются на полках в США. После всплеска интереса к переносу производств поближе к американскому рынку сюда хлынул новый поток инвестиций, заводы растут по окраинам и впритык к жилым кварталам, а экспорт в Штаты исчисляется десятками миллиардов долларов в год. Но вместе с промышленным процветанием пришла и другая реальность: жители мегаполиса говорят, что живут «в капсуле с ядом». Новое расследование журналистов показало, что воздух над Монтерреем сегодня насыщен тяжёлыми металлами и выбросами так, что город по загрязнению обгоняет многие американские штаты — и по объёму токсичных веществ в атмосфере, и по выбросам углекислого газа. За производство товаров для США и переработку американских отходов здесь платят своим здоровьем миллионы людей.

Инцидент с ударом по чернобыльскому укрытию быстро стал темой обсуждений на уровне европейских структур и международных организаций. В Брюсселе подчёркивают: атака на объект, который десятилетиями рассматривался как общая ответственность цивилизованного мира, — это не просто военное нарушение, а подрыв системы международной безопасности, которая строилась после холодной войны. Для стран ЕС, вложивших огромные средства в строительство конфайнмента, удар стал напоминанием о том, что даже тщательно продуманные, монументальные инженерные решения не защищены от современных средств поражения.

Уже больше ста лет на климатических картах мира выделяется странная аномалия: участок океана к югу от Гренландии упрямо остаётся холоднее, чем остальная быстро прогревающаяся Атлантика. На фоне глобального потепления это пятно выглядит почти парадоксом и давно интригует учёных. Новое исследование, выполненное группой климатологов из Калифорнийского университета в Риверсайде, предлагает чёткий ответ на эту загадку. По их данным, источник аномалии — длительное ослабление одной из ключевых систем океанической циркуляции Земли, Атлантической меридиональной опрокидывающей циркуляции, или AMOC. Эта гигантская «конвейерная лента» переносит тёплую солёную воду из тропиков на север, а в глубине возвращает более холодные массы к экватору. Любое серьёзное изменение её мощности отражается на климате всего Северного полушария — от погоды в Европе до состояния экосистем Северной Атлантики. И теперь становится ясно, что ослабление этой системы идёт не десятилетия, а как минимум целый век.

Новые данные показывают, что прибрежные зоны с апвеллингом закисляются значительно быстрее, чем считалось ранее. Это угрожает экосистемам, рыболовству и экономической устойчивости целых регионов.

Туман, отдающий запахом гари, стелется над Дели тяжелой пеленой, превращая утренний свет в тусклую желтую дымку. В это время года жители индийской столицы уже почти привыкли жить вслепую — буквально и переносно. Но те, кому тяжелее всего переносить этот сезонный катаклизм, — дети. Их ещё неокрепшие лёгкие встречают каждую осень и зиму как испытание, способное оставить след на всю жизнь. В последние недели педиатрические клиники по всему Делийскому региону работают на пределе. На узких лестницах больниц, в коридорах частных центров и государственных учреждений круглосуточно дежурят родители с детьми, которые кашляют, хрипят и хватают воздух, будто его стало вдвое меньше. По сути, так и есть: уровень взвешенных частиц в воздухе превышает нормы Всемирной организации здравоохранения более чем в двадцать раз.

Когда у западного побережья США утром туман расходится и над водой появляется силуэт старых нефтяных платформ, легко забыть, что когда-то подобные конструкции стояли вдоль всей калифорнийской береговой линии. Сейчас — почти шестьдесят лет спустя — возвращение добычи нефти здесь воспринимается как удар по всему, что регион считает частью своей идентичности. Тем неожиданнее прозвучало решение администрации Дональда Трампа вновь открыть федеральные воды у Калифорнии и Флориды для новых нефтяных аукционов, несмотря на десятилетия сопротивления, экологических запретов и политических договорённостей, которые складывались годами.

На юго-западных окраинах Саудовской Аравии, среди однообразных песочных равнин, неожиданно проступает гигантский тёмный прямоугольник. Спутниковый снимок показывает лишь строгую геометрию, но на земле это — плотные ряды солнечных панелей, сверкающих под безжалостным светом местного солнца. Так выглядит солнечная электростанция «Аль-Шуаиба-2», крупнейший действующий солнечный объект страны. Её мощность превышает два гигаватта — достаточно, чтобы обеспечить электричеством порядка 350 тысяч домов. И всё же уже ясно, что это лидерство продлится недолго. Саудовская Аравия строит новые станции ещё большего масштаба — настолько активно, что пустынные территории постепенно превращаются в сеть гигантских энергетических проектов. По словам аналитиков, страна переживает настоящий «солнечный взрыв». «Отрицать это уже невозможно», — говорит эксперт по рынкам возобновляемой энергетики компании Rystad Energy Нишант Кумар. К 2030 году власти обязались довести долю чистой энергии до половины всей выработки электроэнергии, и темпы строительства говорят о том, что гонка за этой целью идёт без пауз. На первый взгляд, такое преображение выглядит почти парадоксально. Речь ведь идёт о государстве, чья экономика основана на нефти. Саудовская Аравия обладает вторыми по величине доказанными запасами нефти в мире, является крупнейшим её экспортёром и исторически выступала одним из главных тормозов глобальной климатической политики. Но сейчас, когда внутренний и мировой энергетический рынок меняются, даже эта страна делает ставку на солнце — в то время как администрация Дональда Трампа в США, напротив, пытается ограничить развитие чистой энергетики.

Когда в январе 1716 года в Британии угасло восстание якобитов, над севером страны несколько ночей подряд появлялись загадочные огни. Люди описывали их как «струи чистого пламени», «гроздья органных труб» и даже «кровавый ливень». Казалось, что небесный свод вспыхивает и гаснет, распадается на лучи — то тонкие, как клинки, то плотные, словно полки воинов, идущие друг на друга в темноте. Те же люди видели в происходящем совершенно разное. Кто-то принимал видение за знак гнева небес; кто-то — за небесную битву; другие — за предвестие политического переворота. Английский священник того времени писал, что одни встречали «удивительного незнакомца» с тревогой, а другие «читали в его горящем лице судьбы народов и падение королевств». С точки зрения XXI века всё это звучит драматично. Но удивляться нечему: человечество наблюдало полярные сияния тысячелетиями, задолго до появления научного объяснения. И каждая эпоха, каждая культура пыталась встроить их в свою картину мира — от религиозных преданий до политических пророчеств.

В середине ноября Чикаго и соседние районы снова оказались во власти одного из самых характерных и беспощадных зимних явлений Северной Америки — снега с озёрным эффектом. За ночь регион покрылся слоем снега более тридцати сантиметров, а с побережья озера Мичиган поднимались клубы пара — напоминание о том, что под ледяным ветром скрывается ещё тёплая вода. Эта картина кажется привычной для жителей Великих озёр, но климатологи предупреждают: если потепление продолжится, такие снежные шторма могут стать редкостью — или вовсе исчезнуть. Парадокс в том, что сначала они станут сильнее, чем когда-либо прежде.

Иногда судьбоносные открытия случаются не в результате тщательно выверенного плана, а из-за ошибки. Так произошло и с экспедицией учёных, работавших у побережья Орегона. Обычная научная миссия, несколько координат на карте, одна неточная цифра — и корабль оказывается на десятки километров южнее. Однако именно эта случайность позволила исследователям заглянуть в прошлое Тихоокеанского побережья и наткнуться на нечто, способное изменить наше понимание сейсмической опасности в США. Новая работа геологов показала: в далёком прошлом гигантские землетрясения в зоне субдукции Каскадия, что у берегов Северо-Запада, могли запускать движения вдоль знаменитого разлома Сан-Андреас. Если это действительно так, то следующее «Большое землетрясение» — то самое, которого боятся уже не одно поколение жителей Калифорнии, — может оказаться лишь первой частью разрушительной цепной реакции, способной обрушить всё западное побережье.

В начале 2025 года над Калифорнией взвился огненный шторм. Пламя, подхваченное сухим ветром, поглотило дома, дороги, деревья — целые кварталы в округе Лос-Анджелес. Снимки пылающих улиц облетели мир, став символом новой эпохи климатических бедствий. Но за кадром происходило нечто не менее важное — возвращение базы данных, которая долгие годы была главным инструментом понимания того, сколько нам на самом деле стоит изменяющийся климат.

Лето 2025 года вошло в историю — воды северной части Тихого океана прогрелись до рекордных значений, поражая даже самых опытных климатологов. На огромной территории, где обычно царят умеренные температуры, океан словно закипел. Этот «тёплый ком», растянувшийся от берегов Азии до Северной Америки, стал загадкой, над которой ломают головы десятки научных центров по всему миру. Температура поверхности моря оказалась выше прежнего максимума почти на треть градуса. На первый взгляд — мелочь. Но если вспомнить, что речь идёт о площади, превышающей размеры Европы, становится очевидно: масштаб явления поистине колоссален. Учёные отмечают, что такого скачка не наблюдалось никогда за всю историю спутниковых наблюдений. Океан словно потерял способность «дышать» — его верхний слой нагрелся и перестал эффективно перемешиваться с холодными глубинными водами.

Америка снова оказалась в эпицентре громкого противостояния. На этот раз речь идёт не о налогах или внешней политике, а о том, что касается каждого жителя страны — энергетики. Администрация Дональда Трампа неожиданно объявила об отмене почти 8 миллиардов долларов федеральных грантов на развитие чистой энергии. И дело даже не в самой цифре, хотя она впечатляет. Главный скандал в том, что сокращение затронуло проекты именно в 16 демократических штатах. Это решение вызвало бурю эмоций и стало новым символом того, как климатическая политика в США превращается в арену жесткой политической борьбы.

В сентябре 2025 года в Чикаго произошло событие, которое ещё недавно казалось немыслимым. Сотни людей решились прыгнуть в прохладные воды реки Чикаго и преодолеть почти полуторакилометровый круговой маршрут. Это был первый официальный массовый заплыв в реке за последние 98 лет. Для тех, кто знает историю этого водоёма, сам факт такого мероприятия звучит почти как чудо. Река, которую многие поколения чикагцев считали символом грязи и вони, когда-то была буквально «канализацией под открытым небом». Её бурое течение несло отходы мясокомбинатов, сточные воды и мусор. Настолько всё было плохо, что в начале XX века власти пошли на беспрецедентный шаг — развернули течение реки вспять, чтобы спасти озеро Мичиган, основной источник питьевой воды. В течение десятилетий река оставалась местом, куда старались не смотреть: здания вдоль набережной строились без окон, люди отворачивались, а само слово «река» вызывало у горожан отвращение

В последние месяцы американский штат Луизиана столкнулся с тревожной и пугающей реальностью: в прибрежных водах активизировалась бактерия Vibrio vulnificus, которую в народе называют «пожиратель плоти». Уже пятеро человек погибли, более двух десятков оказались в больницах. Врачи и экологи уверены: рост подобных инфекций — не случайность. За этим стоит изменяющийся климат, потепление океанов и, как следствие, создание идеальных условий для микроорганизмов, от которых раньше мало кто ожидал смертельной угрозы.

В начале мая с побережья Коннектикута вышло в море научное судно. Его миссия напоминала сюжет приключенческого романа: команда учёных, инженеров и моряков отправилась на три месяца в открытый Атлантический океан, чтобы найти то, что скрывалось глубоко под морским дном. Целью экспедиции стала загадочная пресноводная залежь, о существовании которой человечество знало давно, но почти ничего не понимало о её природе. Океанологи подозревали: где-то под слоями песка и глины в толще материковой отмели хранится колоссальный резервуар пресной воды. Ещё в 60-70-е годы нефтяные компании и геологические экспедиции натыкались на такие воды, буря скважины. Но тогда это считали лишь случайными аномалиями. Только в 2019 году исследователи из Вудс-Холла и Колумбийского университета с помощью электромагнитного зондирования смогли составить карту: под побережьем от Массачусетса до Нью-Джерси тянется гигантский слой пресной воды. По размерам он мог соперничать с крупнейшими известными подземными источниками мира. Но все вопросы — откуда там взялась вода, насколько она чистая, можно ли её использовать — оставались без ответа.

В июльский вторник, под серым небом, дайверы Митч Джонсон и Шон Тейлор одеваются в гидрокостюмы на корме исследовательской лодки R/V Xenarcha, которая дрейфует у побережья Ранчо Палос-Вердес, к югу от Лос-Анджелеса. Спиной к лодке — прозрачная вода Тихого океана, усеянная лазурно-зелёными стеблями кельпа, колышущимися под водой как волосы русалки. Они здесь, чтобы обследовать гигантский кельп (Macrocystis pyrifera) — когда-то процветавший в этих холодных водах. Но за последние два десятилетия сочетание тёплой воды, загрязнения, чрезмерного вылова и нашествия голодных пурпурных морских ежей привело к уменьшению кельпового леса примерно на 80 % вдоль побережья Южной Калифорнии.

Представьте себе планету четыре миллиарда лет назад. Мир без трав, без деревьев, без мхов, где единственными зелёными пятнами были микроскопические водоросли в океане. Суша казалась голой, словно выжженной, а реки текли по ней свободно, оставляя после себя следы, которые миллиарды лет спустя учёные будут пытаться расшифровать. До недавнего времени в учебниках геологии утверждалось: до появления растений такие реки не могли петлять. Они якобы текли только прямыми руслами или разветвлялись на множество рукавов, образуя так называемые плетёные русла. Считалось, что только растения, укрепив берега и задержав осадки, позволили рекам изгибаться мягкими S-образными дугами, создавая знакомые нам живописные излучины. Однако исследование Стэнфордского университета, опубликованное в августе 2025 года в журнале Science, переворачивает эту картину. Учёные доказали: реки умели изгибаться миллиарды лет до того, как на Земле появились растения. И это открытие меняет не только наши представления о древних ландшафтах, но и понимание того, как формировался климат на протяжении всей истории планеты.

В сердце Европы уже много лет идёт тихая, почти незаметная война. Её солдаты — крошечные жуки, едва больше рисового зерна. Их зовут Ips typographus, или восьмизубый еловый короед. Они не жужжат в кронах, не роют подземных нор, не строят ульев. Их поле битвы — кора елей, а их оружие — челюсти и бесчисленные потомки. С первого взгляда трудно поверить, что такое крошечное насекомое может стать угрозой национального масштаба. Но цифры говорят сами за себя: только в Норвегии этот вредитель уничтожил около ста миллионов кубометров древесины. Для лесного хозяйства это эквивалент целых поколений труда, а для экосистемы — годы утраченного равновесия. В Великобритании эти жуки получили тревожное прозвище — «общественный враг номер один». И это не метафора. Ситка — основной вид ели, выращиваемый в стране для древесины, занимает более семисот тысяч гектаров. Если короед закрепится на Британских островах, ущерб будет измеряться миллиардами фунтов ежегодно. Но в этой истории есть и неожиданный поворот: в борьбу с жуком вступили технологии, собаки-ищейки и даже модели, созданные для расчёта последствий ядерных аварий.